6 октября 2018 года в 00:01

Как я работала в борделе

Я работала в легальном борделе в Австралии, и это была моя лучшая работа. Конечно, я не буду говорить за всех проституток. Это был просто мой личный опыт, и это было круто. Особенно для такого общительного человека, как я. Я восхищалась женщинами, с которыми работала. Я гордилась тем, что могу доставлять людям удовольствие. Я наслаждалась этой работой и поэтому хорошо с ней справлялась.
Я помню свою коллегу, которая до секс-индустрии работала психотерапевтом. Однажды она призналась: по её ощущениям, во время работы в борделе она помогла большему количеству людей, чем на протяжении всей врачебной практики.
Занятие проституцией приносит не только моральное удовлетворение, как любая хорошо сделанная работа, но и неплохую прибыль. Попробуйте найти другую профессию со свободным графиком, 1000 долларов в неделю и частичной занятостью. Легальная, регулируемая законом и безопасная секс-работа не имеет ничего общего со стереотипами из ужастиков. Зато она обеспечит вас опьяняющим количеством денег.
Люблю секс, люблю деньги
Меня всегда привлекала секс-работа, и мысль заняться ей не покидала меня все время. Как только мне представилась возможность заняться проституцией, я сразу же ей воспользовалась.

В Австралию я приехала, как всегда, на мели. Сначала я нашла "нормальное" место в ресторане, которое я возненавидела. В конце концов меня уволили, потому что мне было совершенно неинтересно всё это, что сказывалось на качестве работы. Я всё время думала: "Ты должна работать в борделе!" В то же время я отговаривала себя от этого. Даже не знаю, в чём была причина сомнений. Думаю, сама идея работы в секс-индустрии нервирует вне зависимости от того, кто ты и откуда. Я преодолела это. Я люблю секс. Я люблю деньги. Так почему бы и нет?
Поиски я начала с австралийского "Хедхантера".
Бордели не могут размещать вакансии проституток - это одно из условий их легальности. Но такие заведения вполне могут искать администраторов.
Моё первое собеседование на позицию администратора состоялось в "Готэм-Сити" - самом крупном и роскошном борделе Мельбурна.
Снаружи бордель был украшен всей этой средневековой дребеденью - бетонными горгульями и этими тупыми коваными фонарями красного стекла. Я вошла и поднялась наверх. На ресепшене ждала маленькая старушка, которая проводила меня в следующую комнату. Там была мебель под зебру и серебряные зеркальные стены. Владелец заведения, который пришёл провести со мной собеседование, полностью соответствовал стереотипам: худой, сальный, волосы выкрашены в слишком тёмный для него цвет и зализаны назад. Он относился к тому типу кожистых слишком загорелых мускулистых людей, у которых кожа на груди кажется натянутой крест-накрест. Разглядеть я это смогла, потому что рубашка его была наполовину расстегнута. Один взгляд на моего потенциального работодателя - и я поняла, что эта работа точно не то, чего я хочу. Я рада, что я не стала работать в таком месте.
Никаких шляп
Немного погуглив, я отправилась в единственный бордель в Мельбурне, где все владельцы и работники были женщинами. Он не особенно бросался в глаза, но в отзывах клиентов постоянно фигурировало слово "дружелюбно", что звучало неплохо. Кроме того, я не могла упустить шанс поддержать бизнес, принадлежащий женщине.
Я собрала в кулак всю свою смелость и позвонила в это заведение. К сожалению, менеджера не было на месте. Дрожа, я согласилась позвонить на следующий день, чего, естественно, не сделала. Потребовалось две недели, чтобы собраться, но наконец я перезвонила и договорилась о собеседовании.
На следующий день я добиралась туда общественным транспортом. Меня трясло. У заведения была большая вывеска с глянцевыми чёрными буквами и изображением красных губ. Я вошла в бордель через главный вход. Освещение в лобби было уютным и приглушённым. Там стояли растения и шесть стульев. Слева от стойки администрации была дверь, которая вела в отдельные комнаты. На стенах висели портреты ню в мягких тонах и таблички "УЛЫБНИТЕСЬ, ВАС СНИМАЕТ СКРЫТАЯ КАМЕРА" и "НИКАКИХ ШЛЯП, НИКАКИХ СОЛНЦЕЗАЩИТНЫХ ОЧКОВ". Администратор провела меня в офис, где ждала менеджер. В общем, меня приняли.
Это было самое лёгкое собеседование, которое я когда-либо проходила.
- Вы когда-нибудь занимались секс-работой на полную ставку? - спросила она.
- Нет.
- Вы когда-нибудь занимались сексом?
- Ммм, да.
- Отлично, тогда давайте пойдем подготовим вас к работе.
Первого клиента я приняла где-то через час после этого.
Зовите меня Вивиан
Больше всего перед началом работы я боялась того, что буду недостаточно симпатичной. Я очень сомневалась в своей привлекательности. Но, когда менеджер отвела меня в задние помещения, я увидела двух женщин, обеим чуть за 40, которые в ожидании клиентов по записи абсолютно спокойно обсуждали своих детей. Обе они не были слишком ухожены или наряжены. Это меня расслабило.
После первых нескольких клиентов всё моё тело было раздражено и болело - настолько я была напряжена. Несмотря на это, достаточно скоро я стала сильнее и расслабленнее, и физическая боль ушла.
Пока не было закусивших удила от нетерпения клиентов, я могла свободно приходить и уходить с шести до девяти вечера.
У меня был чёрный кожаный рюкзак со всем необходимым для работы проституткой. В нём лежало несколько комплектов белья (в основном чёрного и насыщенно-красного), мои единственные туфли на шпильке (которые я берегла), достаточно косметики, чтобы накрасить трансвестита, щётка для волос, сухой шампунь, детская присыпка, дезодорант, духи, секси-но-не-вызывающее платье для выездов и, возможно, самое важное - еда на перекус.
Когда я приезжала на работу, я здоровалась с коллегами, и мы немного болтали, пока я очень сосредоточенно красилась и укладывала волосы. Как только я входила в бордель под звуки громкого электрического звонка, который оповещал всех о чьём-либо приходе или уходе, я больше не была самой собой. Закончив макияж, я становилась Вивиан - своим ночным альтер эго.
Хороший сервис
Это ещё одна причина, по которой я наслаждалась своей работой: бордель был настоящим театром импровизации, где каждый вечер играли новые актёры.
Когда я заканчивала краситься, то присоединялась к своим коллегам, которые представлялись приходящим мужчинам. Я работала восемь-десять часов, принимая за это время восемь клиентов. После восьмого я обычно была не способна на качественную работу ни морально, ни физически и поэтому отпрашивалась домой. Наши менеджеры всегда отправляли нас домой с материнской улыбкой. "Заказать тебе такси, дорогая?" - эта фраза звучала каждый раз.
Когда потенциальный клиент приходил в бордель, он мог рассказать менеджеру про свои особенные запросы. Если специальных предпочтений у клиента не было, как обычно и случалось, работницы по очереди спускались в лобби, чтобы поздороваться с ним.
Для нас это была возможность произвести впечатление на него. Я обычно старалась дотронуться до руки или плеча клиента, потому что инициатива в плане тактильного контакта казалась мне важной для комфорта посетителя. Это был ещё и момент обсуждения границ.
Лично у меня было одно твёрдое "нет", которое я старалась обшутить: "Я не буду засовывать ничего себе в задницу, но с удовольствием засуну что-нибудь в твою! Ха-ха!"
После того как клиент знакомился со всеми свободными работницами, менеджер возвращался в лобби, чтобы договориться о сессии. Посетитель платил наличными или картой, менеджер клала нашу часть денег (больше 50%) в папку типа тех, в которых приносят счета в ресторане, и возвращала клиенту. Затем она возвращалась в задние комнаты, которые состояли из комнаты с камерами, кухни, гримёрки, камеры хранения, ванной и дворика-курилки. В комнате с камерами был монитор, на который выводились изображения с камер наблюдения в лобби, перед входом и на парковке. Ещё там стояли корзины с пакетиками смазки и презервативами, разложенными по размерам, цветам и запахам.
Менеджер звала выбранную клиентом девушку: "Вивиан, дорогая, 30 минут с Джонатаном! Спасибо!" Я снова спускалась в лобби, чтобы получить деньги, со скромной улыбкой: "Привет! Думаю, у тебя есть кое-что для меня". Затем я провожала посетителя наверх, в свою комнату, просила принять душ и ждать моего возвращения. А сама спускалась вниз, чтобы положить деньги в свою ячейку и выбрать презервативы, смазки и игрушки.
Иногда, когда мне нужно было чуть-чуть побыть наедине с собой, я ещё устраивала быстрый перекур. Закинув в рот горсть мятных конфеток из стоявшей в лобби общей миски, я возвращалась к клиенту, мурлыкая: "Прости, что пришлось задержаться".
Осмотр
Как только я входила в комнату, сессия начиналась. По закону частью моей работы было провести визуальный осмотр - вы понимаете, быстро взглянуть на пенис и яички, чтобы убедиться в отсутствии признаков ЗППП. Менеджер рассказывала клиентам об этом перед оплатой, поэтому они были готовы. Конечно, я старалась сделать и это приятным: "Я знаю, что это не самая крутая часть сессии, но мы должны провести небольшой осмотр". Я опускалась на колени, нежно касалась их гениталий ладонями, затем поднимала полузакрытые глаза и нежно шелестела: "По мне, выглядит просто отлично".
После этого я обвивала руками шею посетителя, или подталкивала его к кровати, или опускалась на неё сама и приступала к делу.
15-минутные сессии включали либо вагинальный, либо оральный секс. Любая другая продолжительность подразумевала оба вида. Во время сессии короче часа клиенту позволялся только один оргазм, что часто становилось для него неприятным сюрпризом.
По закону при любом проникновении нужно было использовать презерватив, и я гордилась тем, как быстро мой рот заставлял клиента кончить, даже несмотря на резину.
Больных венерическими заболеваниями мы не обслуживали. Правила сдачи анализов на ЗППП для работающих в борделях проституток в Австралии менялись от штата к штату. В Виктории нам нужно было проходить медицинское обследование каждые три месяца. При этом мы не должны были обнародовать результаты наших тестов. Руководству было достаточно справки от врача о том, что мы их прошли.
Обычно во время сессии я седлала клиента, тёрлась о его эрегированный член (в презервативе!) половыми губами и садилась на него. Если я была не в настроении для этого, я предлагала позу сзади, которая доставляла удовольствие и мне, и мужчинам.
Как я уже сказала, презервативы использовались для всех форм проникновения, даже для пальцев. Если посетитель хотел проникнуть в меня пальцами, я натягивала на его пальцы самые маленькие презервативы, красные и с запахом вишни, и разрешала войти.
Как вы видите, у меня была своя обычная схема для секса, которую я не особенно меняла от сессии к сессии. Большинство парней даже не знали точно, чего хотят, и то, что для меня было давно известной рутиной, для них оказывалось крышесносным впечатлением. Моей же целью обычно было заставить клиента кончить как можно быстрее. Я выяснила, что стон "ты чертовски хорошо пахнешь" очень заводит и практически гарантированно доводит мужчину до оргазма. После секса мы обычно болтали или иногда нежились в постели. Это был клёвый опыт.
Соблазн этого был в ощущении себя несравненной сексуальной богиней. Я чувствовала свою силу в удовольствии, которое я могла дарить людям. Было так отрадно, что я могу сделать человеку день, или неделю, или месяц. Я не помню ни одного клиента, который бы ушёл недовольным.
Между сессиями мы прибирались в комнатах: меняли полотенца, раскладывали их покрасивее, следили, чтобы коврик в ванной был не слишком мокрым (у каждой комнаты был свой отдельный душ) - в целом, приводили комнату в презентабельный вид для следующего клиента. В конце рабочей смены мы перестилали кровати, меняли простыни, опустошали мусорные корзины и отправляли белье в маленькую (но преуспевающую) прачечную.
Милые, молодые, религиозные, пожилые
Не хочу делиться интимными подробностями клиентов, могу только сказать, что среди них были мужчина с фетишем богини-воительницы, фиджиец на метамфетамине и удивительно милый пакистанский парень - с ним мы сейчас дружим на Facebook. У меня были клиенты самых разных рас, возрастов и социальных положений. Звучит как клише, но это правда. Мой брат был членом еврейского общества неподалёку - у нас была изрядная доля посетителей-иудеев. По четвергам выплачивали пенсии - и бордель наполнялся пожилыми.
Ни один из клиентов не казался мне отвратительным. Некоторые привлекали меня, и я радовалась, завидев их в дверях. В основном австралийцы были нормальными приятными парнями в поисках компании и близости.
Морально моя работа могла быть выматывающей, как и любая работа в сфере обслуживания. Фальшь, наклеенная улыбка, необходимость постоянно заботиться о комфорте другого человека - всё это истощает. Впрочем, я из тех, кто смеётся над любой ситуацией, что не всегда лучший выход.
Работа в борделе для меня - скорее лучший способ использовать мою энергию, чем плохой период в жизни.
Всегда существует риск, что клиент окажется опасным типом. Во время визитов, из которых в основном и состояла наша работа, мужчины находились под наблюдением с момента приближения к зданию. Камеры были на парковке, на подходе к борделю, в лобби. Происходящее в комнатах не фиксировалось, но со стороны каждой кровати была тревожная кнопка. Если кто-то её нажимал, менеджер немедленно поднималась в комнату. Этот способ защиты, конечно, не выдерживает никакой критики, потому что девушка в случае опасности могла и не дотянуться до кнопки.
Посетители часто пытались оставить мне номер или вызывались подвезти, но позволять клиентам приблизиться к своей настоящей жизни было риском, которому я не хотела подвергаться. В качестве дополнительной меры безопасности я просила такси высаживать меня за пару кварталов от моего дома, когда я уезжала вечером с работы. Водители знали, что забирали меня из борделя, и это не очень хорошо, когда незнакомый мужчина знает, что ты проститутка и где ты живёшь.
Модель получения удовольствия
Работа в борделе в основном была удовольствием и поводом для шуток, но есть своя правда в том, что проституция - это "не просто работа". Секс-работников во всём мире преследуют, им угрожают, их насилуют и убивают за профессию, которую они выбрали. Слова типа "потаскушка" и "шлюха" провоцируют бесчеловечное восприятие секс-работников, которые просто нашли соответствующую своим нуждам специальность. Наша физическая безопасность - то, о чём мы должны заботиться постоянно.
Исторически главным аргументом в пользу того, что проституция должна оставаться нелегальной, было то, что она способствует насилию над женщинами и создает спрос на торговлю сексом. Несмотря на это, я буду выступать в пользу прямо противоположной точки зрения. Когда проституция легальна и регулируется законом, она снижает спрос на чёрном рынке секс-услуг. Проституция снижает количество изнасилований и случаев сексуального насилия и часто - заболеваемость ЗППП. Не говоря уже о том, что там, где проституция легальна, люди, которых заставляют ей заниматься против их воли, могут обратиться в полицию, не боясь уголовного преследования.
Люди часто говорят, что скандинавская модель самая удачная, поскольку она считает преступлением покупку секса, а не его продажу. Однако, объявляя клиентов преступниками, власти всё равно заставляют проституцию становиться теневым бизнесом. А зачем вы считаете правонарушителями посетителей? Они просто люди! Они просто нормальные парни. Это учителя, менеджеры, исполнительные директоры, чьи-то отцы.
Люди, которые поддерживают секс-работников, призывая к преследованию их работодателей, на самом деле не поддерживают их. Регулируемая законом проституция, которой занимаются согласные на это взрослые - неоценимая услуга для всего мира.
Люди, которых вы знаете и любите, покупают секс. И это отнюдь не делает их плохими.


Смотри также