Супруги променяли квартиру на старинную усадьбу и тратят по $5000 в год на ее ремонт

Что вы знаете о деревне Райца? Подсказываем: в кровеносной системе белорусской истории это еще один сосуд. Не менее важный, чем какой-нибудь Мирский замок, просто не такой известный. Речь о 200-летней панской усадьбе, в которой когда-то гостил сам Адам Мицкевич. Красивое место, достойное вашего внимания, а может, даже ленты в Instagram. Очередной памятник архитектуры, который мог бы развалиться, но стараниями супругов Веры и Александра Солдатовых все еще существует и даже потихонечку восстанавливается. Много лет назад они променяли квартиру под Минском на старинное здание без удобств. И до сих пор не растеряли оптимизм и продолжают его реставрировать - для себя, для потомков и для всех нас.





Что за усадьба?
Усадьба в классическом стиле скрывается в тени высоких деревьев - некоторым из них стукнуло аж 500 лет. Самому зданию чуть больше 200 - его построили в 1813 году. Хотя первые упоминания об этом поместье относятся к XVI веку: оно принадлежало роду Дуниных. Когда-то они и золото прятали с Наполеоном, и в восстании Калиновского участвовали, и Москву защищали. В общем, везде засветились.


- В разное время владельцами этих земель были Раецкие, Верещаки, Путткамеры, Жултовские. Имение было довольно внушительных размеров и достигало 1000 га, - рассказывает Вера Евгеньевна. - Раецкие были люди богатые, занимались меценатством. Могли отправить какого-нибудь бедного талантливого человека учиться в Италию, Испанию, на остров Святой Елены. Так случилось и с Яном Зайкой, который впоследствии разработал архитектурный проект неоготической церкви Святой Варвары - она стоит неподалеку.
При поместье постигал азы науки и отец Адама Мицкевича. Да и сам поэт приезжал сюда в гости к своей возлюбленной Марыле Верещаке, когда ее брат Юзеф был здесь хозяином.


Последний владелец имения Адам Жултовский сдавал дом в аренду, а потом и вовсе передал католическим монахиням. Они прожили здесь аж до 1943 года. При Советах усадьба стала амбулаторией, которая просуществовала практически до наших дней. В начале 2000-х ее закрыли. А потом здание оказалось в руках у семейства Солдатовых. Так кто же они, эти отчаянные оптимисты, рискнувшие перебраться в эту глушь и на собственные средства восстановить часть нашей истории?



Она сплела шляпку для Хилари Клинтон, а его иконы можно найти по всей Беларуси
Вера Евгеньевна родом из Гомеля. По образованию она педагог, а вот по призванию - мастер по плетению из соломки. Правда, женщина долго не решалась признаться самой себе в том, что это ремесло может стать ее главной страстью:
- У меня есть подруга - профессиональная художница. Много лет назад она попала в автокатастрофу и стала инвалидом 1-й группы. Пострадали 5-й и 6-й позвонки, ее полностью парализовало. После этого она мне сказала: "Я постоянно откладывала все на потом. А теперь уже не могу сделать ничего из того, о чем мечтала. Прекрати сомневаться в себе, иди в Союз художников, покажи свои работы".


Вера Евгеньевна к совету прислушалась и сразу же получила звание народного мастера. А дальше начала оплетать своей соломкой весь мир. Изготовленную ею шляпку подарили Хилари Клинтон, когда в 1994 году она вместе со своим мужем-президентом приезжала в Беларусь. С женой Бориса Ельцина Наиной наша героиня и вовсе была знакома лично и однажды вручила ей золотистую папараць-кветку. Ее творчество до сих пор представлено на выставках в Великобритании, Венесуэле, России и других странах.

Но ехать так далеко, чтобы посмотреть на мастерство белоруски, необязательно - достаточно заглянуть в ее усадьбу. Вместе с мужем Вера Евгеньевна организовала в одной из комнат небольшой музей. Кроме изделий из соломки здесь вывешены иконы и картины Александра Васильевича, а еще аккуратно разложены предметы белорусского быта. Из них в свое время можно было собрать отличное приданое для невесты.
Попасть сюда можно абсолютно бесплатно - владельцы готовы на голом энтузиазме провести для вас экскурсию и рассказать все, что знают.










Александр Васильевич - художник с Дальнего Востока. С будущей супругой он там и познакомился. Она в очередной раз решила круто поменять свою жизнь и, как любая сильная и независимая женщина, просто взяла и переехала в Благовещенск. В Беларусь вернулась уже с красавцем-мужем. Вместе они уже 36 лет, но до сих пор обращаются друг к другу на "вы". И даже ругаются на "вы".
Мастерская Александра Васильевича находится в дальнем конце здания. Заходить в нее без разрешения художника нельзя: сами понимаете, здесь своя атмосфера. Сейчас мужчина трудится над царскими вратами для местной церкви. Все делает строго по канонам: краску разводит сам из растертых в пыль минералов, яичного желтка и кваса, а клей готовит из плавательного пузыря осетра. Звучит сложно, зато такие натуральные материалы и через сто лет будут выглядеть отлично.


Этому искусству он обучался в далекие 1990-е годы. Понял, что есть в работе с иконами какая-то особая глубина, какую не сыскать в обыкновенной живописи. И на два года ушел в Свято-Елизаветинский монастырь.
- Писать иконы - это тяжело, - говорит Александр Васильевич. - Такое занятие требует серьезного физического и морального напряжения. Иногда даже слишком громкий стук сердца может помешать процессу. Поэтому мне периодически хочется попробовать что-то еще. Например, порисовать этюды весной. Но для этого нужно много красок, холстов, кистей - на один месяц потребуется пару тысяч долларов... А на религиозной живописи много не заработаешь. Это больше жертва, чем какой-то доход. Священники стараются хоть что-то заплатить, помочь как-то. Наш батюшка нам две печки передал - вот уже и отопление есть.




Мужчина нашел другой источник денег: он трудится кочегаром в новой амбулатории по соседству. Убежден, что это лучший вариант для художника:
- Работаешь себе спокойно, а как свободная минутка появится, пишешь эскизы. Я прямо там фигурки для батлейки вырезал и расписывал, тоже для храма.


Как и зачем семья купила эту усадьбу?
Узнав наших героев поближе, понять, зачем они вписались в эту не самую благодарную историю, станет проще: там, где бизнесмен будет подсчитывать убытки, творческий человек увидит возможность для самовыражения.
- Мы жили под Минском в двухкомнатной квартире, я преподавала, Александр Васильевич вел кружок скульптуры и керамики. И меня это так тяготило, что я взяла и сбежала к подруге на хутор, тоже в Кореличском районе. И так мне понравилось это место, люди вокруг, ощущение свободы, что я и мужа уговорила переехать, хоть он и сопротивлялся. Даже домик себе купили. В какой-то момент мне захотелось открыть рядышком музей соломки. Принесла эту идею в райисполком, и мне предложили расположить его прямо в заброшенной усадьбе в Райце. Когда я ее увидела, то поняла: это мое место, - вспоминает Вера Евгеньевна.


Хоть здание и пустовало несколько лет, его состояние на первый взгляд казалось не таким уж плачевным. Все это время за ним присматривал бывший главврач амбулатории. Его в округе все уважали, так что вандализмом в стенах поместья не промышляли. Внутри пахло медикаментами, но было сухо и, что самое главное, отсутствовал всякий намек на плесень. Для Веры Евгеньевны это означало одно: ее соломка в этом доме приживется и не погибнет от сырости.

Супруги продали свой хуторской дом и переехали в Райцу. Сначала усадьбу им отдали на условиях целевого использования - Солдатовы должны были сделать ремонт и организовать здесь музей. Спустя пять лет семья выкупила поместье. Цена была небольшой - всего-то одна базовая за целых 460 квадратных метров истории. А вот на реставрацию муж и жена потратили сумму посерьезнее: по подсчетам Веры Евгеньевны, в год они вкладывают в свое детище около $5000. И так уже 12 лет.

- Когда мы присмотрелись получше, поняли, в каком жутком состоянии находится здание. Тронули штукатурку, и кусок стены просто вывалился на улицу. Пришлось заново укладывать и утеплять - всего около 20 метров. В крыше кое-где обнаружили дырки, их тоже заделывали, иначе потолок просто упал бы нам на головы. Содрали старую краску с пола и в одной из комнат обнаружили остатки 200-летнего паркета (40 мм толщиной!). На нем изображен узор из крестов и треугольников - по легенде, он дает благословение человеку, который здесь живет, - перечисляет собеседница.



Еще супруги избавились от части перегородок и сделали большую гостиную (оказалось, все так и было в XIX веке), сложили настоящую русскую печь из кирпичей, которые нашли на пожарище недалеко от усадьбы. Дымоход соорудили из старого столетнего колеса.

- В прошлом году мы наконец-то провели в дом воду, организовали ванную комнату. До этого больше 10 лет прожили без удобств, как в XIX веке. С туалетом на улице, водой из колодца... Газа нет до сих пор, все еще отапливаем дом дровами, - говорит женщина.



Восстанавливать поместье Солдатовым помогают двое сыновей, а иногда еще и внуки (их 16!).
- Сами мы зарабатываем на сувенирах, которые продаем в музее. Да и пенсия какая-никакая есть. Колхоз когда-то деньги на бетономешалку выделил. Может, еще чем-то бы подсобил, да мы не привыкли просить, сами справляемся, - добавляет Вера Евгеньевна.


Много сил у семьи отнимает уход за парком. Среди сохранившихся деревьев особенно примечателен восьмитычинковый каштан - его привезли сюда из Парижа примерно 100 лет назад. Долго он был единственным таким в Беларуси и охранялся государством. Но недавно дерево удалось размножить.

Ну а пока супруги затеяли очередной ремонт - собираются открыть еще один выставочный зал. Вера Евгеньевна признается, что они нашли себе занятие на всю оставшуюся жизнь. Возможно, еще и потомкам хватит. Получится своеобразное родовое гнездо.
В свободное от реставрации время муж и жена устраивают в доме разные культурные мероприятия - чтения стихов, пленэры, концерты. И по-прежнему ждут гостей. Может, вам тоже стоит заглянуть сюда этим летом?onliner.by